×

Мария Грация Кьюри (Christian Dior) об инклюзивном видении: «Сегодня мода – это не только одежда»

Переводчик
Elena Strachkova
Опубликовано
today 1 мая 2019 г.
Поделиться
Скачать
Загрузить статью
Печать
Печать
Размер текста
aA+ aA-

Когда самый влиятельный человек в мире одержим идеей возведения стен, а в Европе проводящие антиимигрантскую линию партии завоевывают миллионы голосов, показанная в понедельник круизная коллекция Christian Dior 2020 – вдохновленная Африкой и произведенная в Африке – стала поразительным откровением об инклюзивности, толерантности, а прежде всего – о культурном любопытстве.


Мария Грация Кьюри


FashionNetwork.com встретился с креативным директором женской линии Dior Марией Грацией Кьюри в Париже, перед самым ее отъездом в Марокко -- где она со своей командой должна была представить поистине выдающийся показ, -- чтобы побеседовать о моде, воображении, тканях и феминизме.

Кьюри – настоящая южанка. Ее отец – уроженец Санта-Мария-ди-Леука, самой южной точки итальянского «сапога», где Мария Грация обычно отдыхает в августе. Как и подобает итальянке, Кьюри словоохотлива. На неродном языке она говорит с сильным акцентом и очень выразительно. Она предпочитает линялого цвета джинсы – один из трендов, привнесенных ей в современную моду – и любит эффектные украшения. На ее пальцах – многочисленные кольца с черепами и золотыми головами от венецианского ювелирного дома Codognato, на запястьях золотые браслеты и подаренная в Бразилии хлопковая ленточка-талисман на счастье.  

Фотографии на мудборде: Ив Сен-Лоран в Марракеше, Лиза Фонсагривс, Талита Гетти, Сесил Битон и Ирвин Пенн. Обложки журнала Ebony и книги Майи Энджелоу «Я знаю, отчего птица поет в клетке». Пролог к смелому и драматичному высказыванию модного дома Christian Dior в Марракеше, предвосхищение личного триумфа Кьюри…
 

Круизная коллекция Dior 2020


FashionNetwork.com: Почему вы выбрали Марракеш?

Мария Грация Кьюри: В следующем году Марракеш станет столицей африканской культуры. Кроме того, Марракеш – это место, куда приезжало столько писателей, художников и фотографов, чтобы вдохновиться светом и цветовой палитрой. Место, где Африка встречается с Европой – идеальная локация для нашего действительно мультикультурного стейтмента. И потом в Марракеше нельзя не думать о моде.    

Изучая архивы, мы нашли заключенный в 1950 годы договор месье Диора c известным марокканским ателье Joste, по которому последнее могло отшивать для местной клиентуры одежду по эскизам Кристиана Диора. Невероятно. Также мы очень гордимся тем, что показали архивные творения – наряды, которые Ив Сен-Лоран создал для Dior, когда работал в модном доме. В нашу подборку вошло и белое пальто, оно так и называется – «Марракеш». Какая связь между прошлым и будущим! Вот почему мы устроили небольшую выставку этих нарядов для нашей публики – гостей, присутствовавших на приветственном ужине. Думаю, это достойный оммаж «взаимоотношениям» Сен-Лорана – в бытность его дизайнером Dior – с Марракешем! Это такая важная составляющая нашего наследия, что мы просто не могли не напомнить о ней!   

FNW: Что стало отправной точкой для создания этой коллекции?

МГК: Я была совершенно очарована книгой «Wax & Co» и попросила своих сотрудников связаться с ее автором. Так все мы отправились в Ниццу на встречу с Анн Гросфилли, обладательницей огромной коллекции восковых узоров и полного собрания работ по истории данной техники. Анн – коллекционер и антрополог, она изучает историю текстиля.

Техника восковой печати путешествует по всему миру – она возникла в Азии, затем о ней узнали в Европе, а потом это ремесло дошло до Африки. Это очень своеобразная и поистине роскошная техника нанесения на хлопковую ткань двустороннего принта! Настоящая опция От-Кутюр. Процесс создания такого узора включает в себя порядка семи шагов. Мы приехали с Анн в Абиджан и вместе посетили производство, специализирующееся на данной текстильной технологии, – Uniwax, а также встретились с Патэ’O (Pathé'O), это очень известный дизайнер, который работает с воском. Он был так горд тем, что в Dior захотели использовать такой принт!

Мы показали, что данное направление относится к сфере люкса, оно – прерогатива Высокой моды. Патэ’O создал рубашку для Нельсона Манделы, а теперь мы попросили его посотрудничать с нами – он был очень рад. Однако мастеру очень трудно объяснить молодому поколению разницу между истинной восковой печатью и ее имитацией. Кроме того, он испытывает большие сложности в продвижении своей продукции, поскольку существует стереотип: то, что произведено в Африке, не может стоить очень дорого. А ведь эта техника действительно очень дорогостоящая потому, что в основе ее лежит ручная работа, а не digital-технологии.

FNW: Какие принты вы захотели включить в коллекцию?

МГК: Идея состояла в том, чтобы отказаться от аутентичных узоров, так как каждый принт несет свой смысл. Поэтому мы попросили специалистов Uniwax использовать символичные мотивы Dior. Мы показали им нашу Туаль-де-Жуи – один из знаменитых кодов Dior – и спросили, как они ее видят. На фабрике Uniwax для нас сделали тропическую Туаль-де-Жуи, а также использовали мотив карт таро, тоже типичный для Dior. Для этого узора было подобрано два цветовых решения, одно из них – индиго, синий цвет очень в духе Dior, второй цвет выбрали наши творческие партнеры. Таким образом, получилось прекрасное сплетение двух культурных кодов.

Uniwax – это замечательное производство, на котором используется выращенный в Африке хлопок и экономятся водные ресурсы. Производственные процессы на этой фабрике очень экологичны! Узоры для тканей создали иллюстраторы из Абиджана – они поработали с тремя вариантами Туаль-де-Жуи и двенадцатью картами таро, которые мы им предложили.

FNW: Глядя на ваш мудборд, чувствуется, что вами всецело завладел творческий пыл западных художников, вдохновлявшихся Марракешем?

МГК: Да, на мой взгляд, эта хорошая перспектива для мира моды – объединение усилий на единой платформе ремесленнических традиций, вышивки и технических приемов. Мы даже посотрудничали с коллективом женщин из Феса, использовав для создания декораций к нашему дефиле шерстяные ткани, окрашенные при помощи натуральных пигментов!  

FNW: Как в этой коллекции вам удалось сочетать европейскую и африканскую эстетику?

МГК: Мы действительно хотели препарировать технику восковой печати в различных тканях. Одни и те же созданные на Uniwax мотивы мы интегрировали и в африканский хлопок, и в итальянский кашемир, и во французский шелк… Таким образом, можно видеть, как меняется один и тот же рисунок. Очень интересным экземпляром в этом плане является шелковое манто – материал, из которого оно сшито, смотрится совсем по-другому.  

FNW: Почему в создании коллекции приняли участие и другие дизайнеры? Не только ПатэO, но и Грейс Уэльс Боннер и художница Микалейн Томас?   

МГК: Нашей первой коллаборацией с Микалейн Томас была работа над сумкой «Lady Dior». Но Christian Dior – Дом Высокой моды, поэтому я подумала, почему бы не попросить художников переосмыслить культовый силуэт – New Look? Мы предоставили им полную свободу действий в интерпретации классического жакета «Бар» и юбки-венчика.


Один из экспонатов выставки, проведенной в рамках приветственного ужина Dior в Марракеше


FNW: Работая над круизными коллекциями, вы позволяете себе больше рисковать?

МГК: Смотря что вы имеете в виду. Я не думаю, что иду на риск. Если занимаешься тем, во что по-настоящему веришь, то нет никакого риска. Я считаю, что моя работа в Dior заключается в очень разнообразном использовании кодов нашего модного дома, вместе с командой, которая вдыхает в них новую энергию. В рамках этой совместной деятельности мы открываем для себя новое в моде и технологиях. Когда я начинала карьеру в фэшн-индустрии, еще не было ни круизных коллекций, ни пре-коллекций.

FNW: Какие проекты планируете после показа круизной коллекции?

МГК: На следующий год у нас запланирована премьера коллаборации с танцевальной компанией Шарон Эяль. Мы приступаем к реализации этого проекта в июне – будем делать в Тель-Авиве первые прототипы. И, конечно же, все в моей команде хотят отправиться в Израиль!

FNW: Как образование дизайнера аксессуаров влияет сегодня на вашу работу?

МГК: Аксессуары – маленькие предметы – выражают коды в большей степени, чем мода. Когда я начинала работать, сегмент прет-а-порте обладал гораздо большим весом и значимостью, чем аксессуары. Однако особенность аксессуаров в том, что они воспринимаются вне принадлежности к женщине. Это совершенно другой подход. Так, создавая обувь, вы стремитесь сделать ее такой, чтобы она подходила всем и каждый захотел ее купить. Вы не думаете о том, кто именно будет носить эту сумку… То есть аксессуары – это дизайн в более чистом виде.

FNW: Почему вам так важно, работая в Christian Dior, придерживаться феминистской позиции?

МГК: Я считаю, что, когда вы говорите о женщинах, вы говорите о женщинах всего мира. Но я – итальянка, римлянка, и мое видение может быть достаточно узким. Через коммуникацию с другими женщинами я могу иначе взглянуть на дизайнерское мастерство и кутюр. Теперь мода – это не только одежда. Это нечто совершенно отличающееся от того, что было раньше. Я начинала свой путь в моде в доисторическую эпоху, когда наша аудитория была очень мала, мы выпускали только по две коллекции в год – летнюю и зимнюю, и никогда не ездили в другие страны. Грандиозным путешествием считалась поездка в Париж или Лондон. С появлением новых медиа мода превратилось в глобальное явление, наш месседж, наш бренд стали интернациональными. И это изменило наш подход к созданию коллекций.

Раньше в зимних коллекциях у нас были пальто, а в летних – одежда из хлопка. Теперь и хлопок, и кашемир есть в любой нашей коллекции, поскольку мы не знаем заранее, где будем реализовывать продукцию. Аудитория, с которой мы взаимодействуем, возросла многократно, и в коммуникации с ней мы отныне затрагиваем вопросы гендера, культурной апроприации, окружающей среды, пост-колониализма… Во всем этом нужно отдавать себе отчет, чтобы говорить со своей эпохой.

Я по-настоящему верю в моду, это жизненно важно для меня как для творческого человека. Но в то же время нам следует критически оценивать то, что мы делали в прошлом. Когда мы начинали, у нас не было достаточно широкого культурного кругозора, то есть мы создавали моду, основываясь на своих личных реперных точках. Мода представляла собой очень ограниченное пространство – для посвященных. В фэшн-школе в Италии меня учили техническим приемам – как сшить жакет, какую ткань использовать… Теперь, в Dior, я открываю для себя много нового.


Годфри Дини
 

Copyright © 2019 FashionNetwork.com All rights reserved.